Сижу в «придорожной» кафешке Франкфуртского порта и как-то понимаю или оправдываюсь… мне нужно было выпить этот худший кофе, съесть эти несъедобные фрукты в йогурте, настолько обильно политые медом, что они одни могут вызвать гликемический криз, и смотреть на снующие туда-сюда воздушные корабли, загружающие и разгружающие тонны пассажиров. И все это для того, каждый раз для того, чтобы заново ощутить параллельность миров и жизней миллионов человек, никак не соприкасающихся друг с другом. Вот, молодая и толстая официантка-мулатка собирает грязную посуду со столов, на лице усталость от жизни в 7 утра. А приехала на работу поди к 6, встала и того раньше. Тряслась в метро, с пересадкой на автобус, клевала носом с плеером в ушах.

За соседним столом молодая рабоче-крестьянская семья, скромно, скучно одетые в клетчато полосатые одежды, аккуратные прически, тоска. Двое детей шустрят по залу с айпадами. Когда я вижу пары в ресторанах, то всегда всегда смотрю — разговаривают ли, устремлены ли их глаза друг на друга, жив ли интерес… Одной из фобий, внушенной мне уж не помню кем, стал страх молчаливого ужина вдвоем. Такого, когда и поговорить уже не о чем. И каждый молчит о своем, потупя глаза в тарелку. Помню, раз, я даже скандал устроила, лишь бы не молчать. Но эти двое за соседним столом не молчат, а точнее, у них нет такой возможности — дети беспрестанно требуют внимания. А вот оставь их вдвоем…

Оглядываюсь по сторонам. Ровно за мной уже второй час сидит джентльмен в синем пиджаке, из кармана которого выглядывает бордовый платочек, в очках (почти как с пенсне), в руках его раскрыта газета (ох уж этот олдскул), а на столе давно остывшая чашка капуччино. Вдруг, он встал, аккуратно сложил газету, сложил свои вещи в кожаный портфель, посмотрел на часы в телефоне, и исчез в воздушных коридорах. И таких, таких джентльменов, семей, официанток, сотни сотни сотни.

А вы знали, что в одном большом самолете 7 миллионов деталей?

Любой повод хорош для путешествий.

По следам Инстаграмма

Моя, человеческая память, устроена по принципу — с глаз долой, из сердца, а вернее, головы, вон. Поэтому Инстаграмм я веду «религиозно», исключительно для того, чтобы помнить. Моя подруга как-то сказала, что это неправильно, потому как эмоции гораздо шире, чем щелчок камеры, и все, что мы и запомним, выфильтруется, усохнет, ужмется до цветного квадратика в телефоне. Конечно, лучше писать. Но с середины июня у меня не было под рукой ноутбука, а на специально приобретенной для таких случаев отсутствия отдельно-стоящей bluetooth клавиатуры я писать не могла. Видимо слишком ритуализирую я этот процесс извлечения эмоций в буквы: чтобы и настроение, и свет, и тишина, и ноутбук. Ноутбук как печатная машинка. Хорошо, что хоть ее не надо теперь возить с собой. Но вот, все сложилось, пятница, вечер, тишина, мягкий свет лампы, легкий шум за окном, и краткий пространный отчет о картинках в инстаграмме, и историй за ними. Из неопубликованного.

 

This is what they call "a million dollar" view #Canada #banffnationalpark

A post shared by Larissa Pak (@larissapak) on

The Great Decoupling

 

Увидев такой заголовок впервые в Твиттере, мои друзья подумали, что я с кем-то рассталась. Берите больше: за последние пару месяцев случилось все что могло только случиться. Или как кто-то уже пошутил: «Если на уроке истории вас будут спрашивать: А в каком году произошло такое то событие? Просто говорите: 2016».

 

Начнем с того, что в ночь, пока я летела из Казахстана на TEDSummit: Британия рассталась с Европейским союзом. Бум. И вот вам сейчас может показаться, «ну и что нам в нашей не европейской стране от этого». По правде сказать, многие не до конца до сих пор осознают «ну и что».

 

Но что же по сути произошло? Половина населения, взрослая, консервативная, проголосовала за то, чтобы «выйти», другая, чуть-чуть меньшая половина, молодая, образованная, глобализованная, за то, чтобы «остаться». И хотя, в цифрах, их разделял какой-то 1 процент, в смыслах и убеждениях — целая пропасть. Как сказал в своем TEDTalk Александр Беттс, который, кстати, подготовил его за пару дней в связи с Брексит, (на пять с плюсом! смотреть всем): «Вызов заключается в том, что нам нужно найти способ рассказать тем людям о глобализации,понять, что они, возможно, не имеют высшего образования, что, возможно, они выросли без интернета, не имеют возможности путешествовать, что их, возможно, не убеждает то, что убеждает нас в наших либеральных кружках.» 

Брексит стал целой метафорой мировоззренческого разрыва. Того самого разрыва, который разделяет сейчас не только поколения, по принципу образованности и глобализованности, но и, к примеру, по уровню технологичности.

Эту мысль о «Великом разрыве» я поймала уже на саммите, на семинаре Эрика Бринйолфсона (Erik Brynjolfsson), одного из ведущих мировых ученых в цифровой экономике, работающего в MIT. В течении полутора часов он, вместе с главным человеком по искусственному интеллекту Google, объясняли, что не смотря на то, что цифровые технологии позволяют экономике расти намного быстрее, в то же самое время создают огромный разрыв в доходах населения. В отличии от индустриальной революции, цифровая рождает феномен «победитель получает все». С одной стороны, то, что индустриальная эра делала для развития человеческих мускул, цифровой век совершает для развития человеческого мозга, и это круто. Но как это отражается и отразится на мире пока не ясно.

 

Компьютеры становятся все более и более мощными, и компании имеют меньшую потребность в некоторых видах рабочих. Технологический прогресс может оставить многих людей позади. И конечно, для кого-то перспективы прекрасны — никогда не было лучшего времени, чтобы быть сотрудником с техническими навыками или образованием. Но для кого-то обладание лишь «стандартными» навыками, знаниями вообще теряет ценность, так как компьютеры и роботы учатся в экстренном темпе. К примеру, уже в ближайшие несколько лет целый клан дальнобойщиков в США уйдет в небытие, так как перевозки будут совершаться автоматизированными машинами без водителей. Доктора уже с успехом заменяются машинами с искусственным интеллектом, способными в мгновение ока ставить диагноз исходя из данных о вашем здоровье. При этом скорость развития машин идет не линейно, а экспонентно. То есть то, о чем мы привыкли думать как о фантастике будущего, может и случится завтра.

 

Технологическая эра сейчас будет создавать все больший разрыв в доходах, а значит, и во взглядах на мир, выражающееся в социальном напряжении. Как написал мне на днях Евгений Жовтис в ответ на выбранную тему TEDxAlmaty: «Между небом и землей» можно рассматривать и с точки зрения общественно-политического дискурса. Все мы сейчас между небом и землей и в прямом (с точки зрения террористических угроз) и в переносном (с точки зрения явного мирового цивилизационного кризиса) смысле. Я склоняюсь к верности рассуждений американского футуролога Хоффлера, что мы сейчас наблюдаем начало третьей цивилизационной волны. Первая было связана с обеспечением человечества себя продуктами питания. Вторая — с созданием государств, централизацией, концентрацией для создания, в свою очередь, правил и поддерживающих их институтов. Это подтолкнула и технологическая революция. А сейчас мы наблюдаем начало третьей цивилизационной волны, которая, в связи с информационной революцией как раз направлена на деконцентрацию, децентрализацию, индивидуализацию. Она столкнулась со второй волной и вызывает сильную общественно-политическую «турбулентность».

 

И да, мы ее, турбулентность, не просто видим в новостях по «телевизору». 2016 год июль: Ницца. Турция. Алматы. То, что происходит сейчас с миром кажется дурным сном, в котором мы наблюдаем ужасную поляризацию. Огромный разрыв, где Турция из светского государства буквально на глазах превращается в тюремное общество. Подскок, флип — переворот. Кстати о тюрьме. 

 

Одним из самых больших впечатлений личного толка на TEDSummit для меня стало знакомство с профессором Филиппом Зимбардо, того самого автора Стэнфордского эксперимента.

This is my type of celebrity! Professor Zimbardo, chilling with us at the open air concert. #tedsummit

A post shared by Larissa Pak (@larissapak) on

Буквально за неделю до саммита была опубликована моя колонка в Эсквайр.кз о «добре и зле», где я вдоль и поперек цитировала профессора и его работы. И вот он сидит на конференции, рядом со мной, и вот мы уже рассуждаем о политических режимах на ужине, профессор, которому 84 года, активно путешествует и только прилетел из Ирана. Я в шоке. Так вот, собственно, одной из идеей, которой живет сегодня Зимбардо — является идея героизма, как практически единственного способа разрушения системы. «Когда я проводил свой тюремный эксперимент, я сам стал заложником и частью системы», — говорит профессор «И когда ты находишься внутри этой системы, будь то семья или государство, все, те слова, которыми ты изъясняешься,  твое поведение пойманы в западню. И это очень важно, чтобы люди выбирались из нее, хотя для путешествий, чтобы видели другой мир, другие примеры». И система не может разрушить сама себя, всегда нужны внешние факторы. Но в большем контексте, только героические поступки людей, идущие на жертву ради большего, ради идеи, могут нарушить систему «зла».

 

«В каждом ребенке живет супер-герой, или представление о них. И вот что я говорю детям: кто-то из супергероев в твоем воображении может летать, кто-то исчезать, бороться со злом, но ни у кого из нет того, что есть у тебя — силы мысли и воображения. Они лишь результат воображения аниматора. У тебя есть мозг, ты можешь создать супергероя, если ты можешь рисовать. Но вопрос в том, на что ты можешь использовать свой мозг, если захочешь создать не просто супергероя, но новый мир. Таким образом, твой мозг — есть отправная точка для создания своего мира, и стать там супергероем. Супергерои — это агенты общественных перемен, они проявляют себя иногда из сострадания, но дело не в этом. А в том, что тебе нужно будет ориентированным на общество — что я могу сделать, чтобы дать кому-то почувствовать себя особенным? Что я могу сделать, чтобы первым посмотреть в глаза, протянуть руку, и сказать комплимент, что-то, что позволит другому человеку почувствовать себя особенным. И это не сложно, и не требует от тебя ничего сверхъестественного, но помогает тебе практиковать ежедневные мини-героические поступки. А это значит, что когда придет большая возможность проявить себя, если кто-то упадет, или кого-то нужно будет защитить, ты с легкостью это сделаешь. Самый большой враг героизма — это эгоцентризм. Это «я» вместо «мы». Герои всегда говорят «мы», и никогда «я». И в нашем обществе «эго-селфи-маньяков» это большая проблема. Поэтому так важно поощрять воображение у детей, представление нового мира, и ориентированность на общество, а не на себя».

И вот, в моей голове плавают две мысли: с одной половинки мозга — Великий разрыв, с другой — Герои, которые спасут этот мир.

Все эти мысли плавали в моей голове, которая уже плавала в иссиня-синих водах Адриатического моря.

https://www.instagram.com/p/BHpp5h8gt7L/?taken-by=larissapak

Southern Kazakhstan: Trips and Tips

Truth to be told — traveling Kazakhstan is not easy, well, I mean it’s not «intuitive». Traveling in Kazakhstan is like using an Android to an Apple user, but once you master it, it is an adventure, which is kind of cool, if you are looking for one. Why I am saying that is for the reason of setting expectations straight — this country has no touristic infrastructure, and I mean it. Hence it’s wild and worth it.
IMG_5865
Starting from the transport, buying an air ticket is doable, it’s okay, but rather expensive — Kazakhstan is huge in territory and if you are short on time, choose air indeed. The national carrier AirAstana.com is awesome, safe and expensive. There’re newer cheaper versions for in-bound trips like Qazaq Air, Bek Air or SCAT Airlines too, check those out for bargains.
I like traveling by trains… Romanticism involved of slow observation of life, elegy, trips to inner thoughts. Luckily, Kazakhstan railway has finally introduced very convenient online service for electronic tickets (not 100% of trains yet) which makes life so much easier (www.epay.railways.kz)!
Anyhow, I have been toying with different ideas for the long late March holidays and finally we have decided to take a trip from Astana to Southern Kazakhstan, natural reserve — Aksu Zhabagly. A a beautiful national park connecting two chains of mountains, containing vast canyons, animals, and nearly 40 sorts of tulips, located 150 km away from the regional center Shymkent. Last time I visited it was in 2004 and it was in May and it was beautiful, not too hot as it can get in a summer time and very peaceful.
IMG_5861
Nothing has changed since. Aksu Zhabagly is still amazingly beautiful, little or no tourists, tranquil. We took a flight to Shymkent and were picked up by Ruslan, a co-owner of the guesthouse under his name, we have stayed at in Zhabagly. 2 hours drive through unlucky road under construction will get you there, to the abundance of hills and trees, sounds of river and of the bees, sunny valleys and snowy mountain tops, it is a place where time stops. Alternatively, you can take a train to the station «Tulkubas», which is the name of the village, next to Zhabagly.
Zhabagly village
Zhabagly village
The touristic seasons there starts in April, with the blooming of the tulips. Though, when I say «touristic» it just means few foreigners taking walking tours from Kyrgyzstan or adventure seekers on all-road cars, and it means you can enjoy the company of self, cows and Elmira’s family.
Elmira, owner of the guesthouse
Elmira, owner of the guesthouse
Elmira is a sister of Ruslan and the one who actually runs the guesthouse, a wonderful person, radiant and happy.
IMG_5836
They own two houses, one is directly at the village, and the other one is in the mountains (preferred). Booking is made through email, contacts can be found here: www.zhabagly.com
Basic but so nice
Basic but so nice
So… once you’re there what to do? It’s okay to do nothing. As well as horse riding, trekking, animals and birds watching, taking some trips around.
A waterfall where mountain goats deliver their babies in safety. Bears and snow leopards are also spotted in the area.
A waterfall where mountain goats deliver their babies in safety. Bears and snow leopards are also spotted in the area.
Horse riding tours take up to 8 hours. Get yourself ready.
Horse riding tours take up to 8 hours. Get yourself ready.
We did that all in 2 days, then got hungry for some action and moved on to first Shymkent, stayed over night, and on to Turkestan, which is actually 600 km away from Zhabagly.
Color coordination rocks the style.
Color coordination rocks the style.
Shymkent is 1-million inhabitants city, a vibrant, southern spot, often compared to a «wild west» rather. It can get as hot as +50C in a summer time, so the best time for visiting anything but summer. We stayed for a day, roamed around the city in a search of the perfect plov and shashlyk, checked the hotel’s hammam to revitalize for the next day trip to Turkestan region.
Children launching kites
Children launching kites
It was a Nauryz (spring equinox) day celebrated widely in Kazakhstan, so Turkestan was crowded with families with kids, who wandered around in a search of entertainment.
IMG_5915
IMG_5919
Our points of interest were the holy places which Turkestan is famous for: the mausoleum of the Khodja Akhmet Yesevi and another one of his teacher — Arslan Baba. Both were again full of people, both believers and onlookers.
IMG_5927
IMG_5928
The most interesting point however to me were the remains of the ancient Otyrar city, once a liveliest spot of the Silk Road route in Central Asia, which was founded in the 1st century and ceased to exist along with the Silk Road in the 18th century.
IMG_5935
It got famous in history however for holding back the siege of the Gengiz Khan troops for more than 6 months. Once you get there, to the middle of the lonely steppe walks, it takes you away with the proud sadness. The old ruins are abandoned, they face you as a somebody’s home which once was. You are taken by a feeling that you’re intruding somebody’s space. As if people who’d «just» been there, even if two centuries ago, has just left. Here are the wrecks of their dishes, here’s the kitchen or what has remained of it, here are even their bones scattered all over the place… but them.
IMG_5939
IMG_5941
You keep on walking around the fortress with the feeling of roaming the Pompei. You can’t stop imagining the life previously seething through the streets. How beautiful should had been this oasis, how many people and stories should had passed through the fireplaces of it, how suddenly it all had vanished.
IMG_5828
Looking back at our short trip I am thinking how great it would be if at all those cool places, besides raw nature and wildly forgotten ruins, we could find an «authentic» little and clean hotel with proper hygiene and food standards. No «five-star» things, but just nice and decent. The problem with Kazakhstan hospitality business is that it has never existed. Nomadic lifestyle nurtures natural hospitality as such, you can never be left alone starving outside, but no traditions of customer care in a form of a business. Places like Kazakhstan has it’s own «adventure» tourism market. However it doesn’t help the state of the in-bound tourism. And still I find plenty of reasons to be enjoying this raw beauty, this absence of touristic crowds, this opportunity of being one-on-one with nature and self.
At least for short 4 days.
IMG_5846

Голодные игры разума

Я проснулась с мутным чувством несозревшего голода. Голода головного, по той еде, которой больше нет. Знаете, такое бывает вот после гостей, в которых был, скажем твой любимый торт «Наполеон», а ты его не съел, и на утро ты просыпаешься с чувством сожаления, навсегда упущенной возможности. Всю прошлую неделю я питалась исключительно креветками размера «джамбо», искупанными в глубоко-витаминном составе бульона из всех тайских трав одновременно, горячо-пропитанные перцами, нежно окутанными рисом или лапшой на выбор. В такое утро, после возвращения из мест крайне приятных воспоминаний и ощущений, тебе хочется подольше не умываться, чтобы как бы задержать и солнце и воздух вчерашнего дня на твоей коже. Ты все еще нежишься под лучами памяти и нехотя приоткрываешь один глаз, чтобы быстрее закрыть и попытаться продлить воспоминание как сон. «Кокос принесите, пожалуйста, кааа». Голод уходи, ты слышишь метель за окном.

IMG_5308

В отеле я любила приходить обязательно на завтрак, не ради подпитки, но любопытства для. Перед стройными буфетными рядами выстраивались не всегда стройные тела со всех частей света. Интересное дело, современная экономика смешала понятия классов, и за определенные деньги ты вполне можешь стоять в очереди за яичницей рядом с арабским шейхом и китайским фабрикантом, при этом на пятки тебе будут наступать амбициозные русские клерки. Во всем этом танце животов итальянцы, как правило, полу-вальяжно будут сидеть на солнце и вдыхать через рот утренний эспрессо. «Лалисааа куууун!» через весь зал кричал мне каждое божье утро менеджер ресторана Сай, растягивая рот в улыбке как його-асане. Я на всякий случай каждый же раз кланялась в ответ, как мне казалось это был лучший выход из ситуации. В целом все 50 с небольшим обитателей отеля держались странной середины поведения: китайцы говорили громко, но тише обычного, русские оценивающе впивались в тебя взглядом, но быстро его отводили, арабам было все равно. В общем, все себя чувствовали не в своей тарелке, словно на заседании ООН в плавательных трусах.

IMG_5365

Но вот заканчивается завтрак и начинается другой «парад планет» — пляжный. Особой мускулистостью и тягой к раку кожи отличаются европейцы — они могут в самое пекло обмазаться маслом для загара и распластаться как звезды морские на песчаной сковороде, до запекания корочки. Но, что примечательно, некоторые молодые арабские мужчины кажется тоже стали жаловать тренажерки, дабы бравурно вытащить трицепс из под майки. За арабских женщин говорить сложно, по причине полного покрытия. Хотя, в паре метров от меня лежит молодая арабская пара, красавцы-молодожены. Девушка — обладательница тонких черт, включающих талию, длинных волос, что откидываются тем самым движением руки, «освобождающим мир», прекрасных глаз лани, и безупречной груди. Настолько безупречной, что я теряю самообладание и не могу оторвать взгляда, упредительно спрятанного за шторкой темных очков. Грудь перпендикулярно задорно двумя идеальными холмиками третьего размера вздымается что лучшие капкейки. Я завидовала природе 2 дня подряд. На третий, восточная красавица сменила бикини, и, о боже, обнажилось совсем немного, но достаточно для того, чтобы снять мой приступ ревности — прекрасная работа пластического хирурга. Женская грудь, не попа, ее накачать можно только силиконом.

Так, за кокосом и ананасом проходит час, другой за рассматриваем подводных рыбок, которые мельтешат изо всех сил, пожирая коралловые массы, переливаясь всеми цветами кроссовок адидас, и снова кокосы-ананасы. Слой за слоем ты покрываешься сусальным золотом загара и вот уже и закат, такой, что дыхание замирает и ты все прощаешь этому несовершенному миру в котором солнце каждый день прощается расписной радугой на небе. И что ты себе скажешь на утро? Пора возвращаться, ты слышишь как поет метель.

IMG_5368

Из гусеницы в небо

Когда я готовлю спикеров к выступлениям, я всегда начинаю на вид с простого вопроса: «Какая метафора вашей жизни?» Как вы себе ее, свою жизнь, образно представляете? Это дорога, а может быть лестница, а может быть и лифт, или гусеница, что превратилась в бабочку, или птица-феникс, что возродилась из пепла, а что если это книга? Помню, как-то в один из трудных моментов , я сидела на кухне и плакала в худую жилетку подруги, или жилетку худой подруги, о том, почему столько всего сложного и разного происходит именно со мной. На что она с энтузиазмом ответила: «Знаешь, если представить, что жизнь каждого человека — это книга, а я покупатель у книжной полки, то я, пролистав все остальные, позевывая, твою я бы купила не раздумывая!». С тех пор я именно так, немного философски, и с азартом, пишу новые главы своей жизни. Так, чтобы самой интересно читать было.

Каждая жизнь — это история. И история есть у каждого человека. Мы вроде как запрограммированы рассказами, байками, сказками, анекдотами. Кстати, интересный факт, что в английском языке, слово «anecdote» имеет значение «история», а не шутка. Во времена отсутствия единой письменности, низкой грамотности, истории передавались из уст в уста, и с тех пор являются одним из сильнейших средств воздействия. А если считать, что наше сознание — это сплошная метафора, мы мыслим образами, то метафора, которую вы выбираете для себя может сильно формировать ваше бытие. А бытие, в свою очередь, определяет сознание. Такой вот замкнутый круг. Но не такой уж и замкнутый, если вы будете относится к этому осознанно. Так, вы можете менять метафоры на разных этапах, трансформировать свое восприятие и даже круг общения, ваш быт, ваше бытие. Я лично глубоко верю в то, что ваше окружение влияет на вас больше, чем вы подозреваете. Даже банально, подумайте о том, о чем вы разговариваете с друзьями, или во время обеда с коллегами по работе, как вы принимаете решение об отпуске или фильме для просмотра? Не слишком ли узок ваш круг? Довольны ли вы качеством общения? И даже если супер-довольны, возможно, стоит его расширять. И я не говорю про радикальные перемены, а просто попробуйте обедать с разными людьми в течение недели. С интересными людьми, другими людьми, которые не входят в ваш обычный круг.

Я помню как сознательным творческим усилием я захотела качественно менять свое «бытие» и через TEDx в мою жизнь вошли замечательные люди. И пусть я не общаюсь с ними каждый день, но их время «на обед», или во время подготовки выступлений, или за ужинами с командой, делают меня счастливой. И когда сейчас ко мне в «личку» стучатся люди, и приглашают познакомиться, выпить кофе, поговорить о жизни, о своих проектах, я говорю ДА. Потому, что я знаю, что значит «голод» хорошего разговора. И еще и потому, что это расширяет мои границы познания людей, историй, характеров, я так познаю мир. А мир больше и «разнее», чем мы даже можем себе представить. Метафора мира — неопределяемая бесконечность разности, и представить ее себе невозможно, и, возможно, это единственная метафора, для которой у меня нет четкого образа. Возможно, это и является ограничением нашего человеческого мозга. Пока.

Метафора — это образ вашего мира, вашей жизни, вашей истории. И чтобы рассказать о ней, представьте, что вам нужно провести слушателя через путешествие. Из точки А, в точку Б, увлекая в свой мир. Точка А — начало, то, что о предмете повествования уже знает ваш слушатель, то, почему ему это может быть вообще интересно слушать. А точка Б — это награда, мудрость, урок, которым вы делитесь, ради которого начали рассказ. В конечном итоге, история и становится вашей метафорой, вашей экипировкой. Мы плетем наши истории из материала метафор, которые мы собираем, видим в окружающих нас людях.
Задумайтесь о том, как вы оказались на том месте жизни, где вы есть сейчас, и куда вы надеетесь или планируете попасть? Какая метафора приходит на ум? Есть ли у нее форма и направление? И может быть, стоит ее поменять?

DSC03676

На вечность вечную

По дороге в Патагонию мы разговорились с моим попутчиком Эрнаном. Он аргентинец-либерал, его девушка из Сальвадора, глубоко традиционная и верующая. Он считает, что религия — это атавистичный способ контроля и архаизм поведения, она — спасение жизни. “Но знаешь, если у нас будут дети и она захочет воспитать их в вере, я не буду против, ведь для нее это важно”, — комментирует он. “А если представить, что она не католичка, а, скажем, мусульманка, ты тоже не будешь против?” — парирую я. На этом наша дискуссия остановилась. Либеральность Эрнана не выходила за рамки католицизма.

Моя соседка Мэнди — мормонка. А у мормонов до свадьбы — “ни-ни”, нельзя, а иначе венчаться в храме нельзя будет, а в храме нужно обязательно, потому как только там союз создается на “веки вечные” — “eternity”. Даже не представляю как это дается парням-мормонам. Вот только представить, что ты женишься не только в этой жизни, но во всех последующих. Один раз и навсегда. Вот это я называю “давление на психику”… Как выход, можно, конечно сменить веру, их, слава Богу, в мире много сейчас разных, кому то Аллах даже разрешает иметь по несколько жен в одной жизни.

Мы с Мэнди в разных категориях, и по опыту и по подходу к браку. Когда-то давным давно, мне также верилось в одного единственного, но опыт подсказывает, что мормонкой быть уже не получится, ведь в их вере не бывает разводов ни в этой жизни, ни в другой. Но значит ли это, что мормонские браки самые долговечные? В конце концов, все в этим мире лишь вариант точки зрения: веришь, что богом уготован тебе суженный, так и все радости и страдания будешь воспринимать как условия задачи, но уже без вариантов. 

“Моей бабушке 87 лет и вот каждый раз она жалуется мне на деда. То он не делает, то он делает плохо, и как ей тяжело. На что я ей говорю — бабуля! Хочешь — разводись прям сейчас. Не надо страдать ни дня, и думать, что уже слишком поздно.” — контр-рефреном звучит наш разговор за ужином с Лаис, полной жизни и тела бразильанкой. Лаис выбирает пиццу, я — салат из шпината с киноа. “Помню как-то на семейном обеде бабуля съела конфету и захотела съесть вторую, и тут все родственники как всполошились: мол, тебе нельзя столько сахара, вредно. И я им говорю: Что за черт! Оставьте бабулю в покое. Всю жизнь ограничиваешь себя в еде, дайте хоть сейчас ей поесть спокойно.” — смеется она, продолжая: “Вот я решила, что буду есть каждый день есть все то, что я люблю! В Бразилии слишком много вкусной еды. И если я умру завтра, буду знать, что ела от души!”. Поддакнула ей я, подавившись шпинатным листом. 

Тут я задумалась: если убрать в сторону научную несостоятельность религии в существующей формулировке, а посмотреть на нее исключительно как на систему ценностей, определяющий жизненный уклад и стереотипы мышления, то хочется сделать пиццу со шпинатом — верить в одного единственного на века вечные каждый раз, когда встречаешь второго и третьего.

photo 4-4

Almaty Unconventional. Subjective.


Since I have traveled and pictured in my blog so many amazing places from around the World, I now feel unjust of not talking about my native city — Almaty, which is yes, in Kazakhstan.

Photo by Larissa Pak
Photo by Larissa Pak

Almaty is a heavenly beautiful piece of land, a sunny valley surrounded by the gorge of alpine mountains, capped in snow. The fame of the city however goes back to 50s-80s when apples were so abundant that they would float in the water canals running down the city streets and the air so fresh in the mornings and the nights carrying the breezes blowing from the mountain canyons. Things are different now… Post-soviet era has marked the city with bizarre architecture, pollution, chaotically populated districts, status of now to be “ex-capital”, “southern capital”, “business capital” of the country, and a really poor mayor. Alas.

But my hopes are with the people of Almaty, 2 million now, the essence and jist of life of the ambitious megapolis in the “middle of nowhere”, in the middle of the Eurasian continent, just 400 km from the northern Chinese border.

Should you happen to walk down the Almaty streets paying attention to the people’s faces, you would be amazed at the stunning variety of genes mixed and represented: Kazakhs, Russian, Uygurs, Germans, Ukranians, Koreans, you name them… 100+ ethnicities mooshed together! And that’s what makes me hopeful for the future of this place.

The Humans of Almaty are genuine. Even naive at times. If you have a friend from Almaty most probably he is well educated, bilingual at least, curious, hard-worker and well-traveled. We love traveling or dreaming about traveling — that’s the longing people develop living so far far away — there is at least 5-hour flight from Almaty to any major airport. We love studying and learning. We love analyzing self and others. We are traditionally forward looking.

But this post is not an anthropological essay. With this I would like to share the city for those travellers / new settlers who want to experience it as a local, as me. Almaty can be enjoyed. Through the summer walks at the break of the night, a morning coffee at a open terrace cafe, a trekking day with friends, and… these:

1. Get Social and Cooking.

Really, Almaty is all about food. With so many nationalities living here the home cooking represents an eclectic bazaar with Ukranian borsch, Uzbek plov, Korean salads and Kazakh meat. Dozens of restaurants cater any taste. But visit here:

Cooking is optional. Socializing is not.
Cooking is optional. Socializing is not.

Compote Studio — a social cooking place hosting classes almost nightly, is owned by two wonderful ladies making the food the reason for meeting new people in town, and learning new recepies like a pro. A class usually takes up to 14 people who are random and therefore interesting. It is conviniently located in the heart of downtown.

2. Take a tram. Yes, a tram. Despite Almaty’s public transport ineffeciency, there is one tram you should take — a Tramcafe. Jumping on the hard wheels, circling around, you pass by the city life, people’s stories, your memories… A one nostalgic night.

Photo credit: tramcafe.kz
Photo credit: tramcafe.kz

The idea of the tramcafe was launched by two then students of the business school and we loved it. It is usually busy on weekends nights — romantic couples occupy the space, otherwise try weekdays— runs since 8 pm.

3. Learn to ski and/or snowboard.

Photo credit: Pavel Mikheev
Photo credit: Pavel Mikheev

We love winter. Winter means snow. Snow means skiing. There are couple of skiing resorts around Almaty. Shymbulak is the one in the closest proximity to town — 20 mins drive. Twenty minutes drive and you are up there, speeding down the hill to grab a cup of hot tea. Yes, you drink hot tea with milk — the way we do it.

4. Get on a horse. Literally. Ah, Kazakhs is a nomadic culture indeed, and there is a number of stables around the city.

Photo credit: Saken Nigmashev
Photo credit: Saken Nigmashev

Chamberlain Club is a state-of-art facility where horses are being cherished and pampered. It is mostly works with kids’ innovative hippo-therapy programs, but if you are woman and not heavy one, they will let ride too.

5. Feeling artsy?

Photo: clayhouse.kz
Photo: clayhouse.kz

Clay House is one of the art galleries in the city where you can both admire and create. Master classes on are offered on a regular basis. Management is super friendly and can introduce you to the local art scene.

6. Theatrical Almaty. There is a dozen of different theaters in the city: classical Kazakh, Russian, Korean, German, Uyghur, opera and ballet, modern dance and others.

Image credit: Artishock.kz
Image credit: Artishock.kz

I recommend visiting Artishok — an experimental “underground” yet brilliant representation of the Almaty’s theater scene. Located in the basement premises of the traditional apartment building, it immerses you with the reflection of life, history, city and self. A treat.

7. Music nights. Here are few points of interest. For classical music your path is for the Almaty Conservatoire, which runs concerts year-long, except summers.

Image: Larissa’s iPhone
Image: Larissa’s iPhone

In case you want to enjoy music socially, I love Muzcafe — it offers quiet piano ambiance during the week and hosts jam sessions on Fridays — Saturdays, along with decent food and drinks. Another choice would be the Brooklyn Jazz Club (yet, haven’t found their website).

But, let’s go for a walk.

8. Terrenkur Is my eternal refuge.

Photo by Larissa Pak
Photo by Larissa Pak

Terrenkur is a path along the mountain river which runs up through the city. A mild healthy pedestrian slope is perfect for long walks and talks, jogging and biking. If you don’t know how to find it — ask the locals, they would know, if they don’t — they are not locals ☺. Otherwise, try looking for a path besides the river in-between Dostyk and Kaldayakova streets.

8a. Do trekking.

Almaty is a heaven for the lovers of short and long hiking / trekking tours. There are myriads of ways to explore the surrounding mountains either for a day trip or an overnight or even crossing the gorge towards Kyrgystan.

Photo: mine.
Photo: mine.

My favourite Sunday day is trekking on Kok Zhailayu plato, which is an easy hike for all. Unfortunately, chances are that this unique national park will soon be devastated with the Mayor’s plans of building a “resort”. If you haven’t signed the petition against it yet, do so here please http://www.greensalvation.org/index.php?page=kokzhaylyau_campaign.

9. Coffee culture. It is new to us, but we got hooked already and it is blooming. Coffee is a new oil for us. Every single restaurant would have a coffee machine, and a dozen of coffeeshops small and large across of city, yet, check out on this one:

Please do not mind the photo quality. The coffee is delicious.
Please do not mind the photo quality. The coffee is delicious.

Underground Coffee — is a tiny shop in the one and only metro line of Almaty recently opened by two baristas from Holland and US, is an experience for a change from glam’n’rocking coffee houses.

10. Shopping for groceries. Do bazaar. Not every day, but weekends. Bazaars are almost everywhere, but Green “Zelenyi” Bazaar is one and only.

On the picture: a variety of “kurt”- dehydrated salted or sweetened milk.
On the picture: a variety of “kurt”- dehydrated salted or sweetened milk.

Green Bazaar is 1000 sq.m. roofed space which is what you know a “farmers’ market” but a stationary one. Not saying it’s cheaper than supermarkets, but more “exotic” since you can find a variety of foods which are not available at the shops, since you can bargain, since the produce is fresher. Try it and tell if you like.

11. Buy flowers. Always. Flowers is the everyday art. And Enjoy Almaty.

Photo credit: Somethingelse.kz
Photo credit: Somethingelse.kz

Repost and sharing is welcomed by Almaty city and its citizens.

A roadtrip to Patagonia in ChileМы едем-едем-едем…в Патагонию, смотреть на озера и вулканы Чили

— Не ходи туда, тебя там ждут одни неприятности!
— Ну как же не ходить… ведь они же ждут…

В марте на юге Чили проснулся один из самых активных вулканов мира — Вийярика (Villarica), и как же я могла пропустить это событие, находясь в Чили, пусть и в 1000 км. от него. В Чили я во второй раз, меньше чем за год.

В прошлый раз я в основном была в Сантьяго для своего проекта, а также, использовала возможность, чтобы слетать на Остров Пасхи (об этом есть отдельный пост). Так вот в тот прошлый раз, в Сантьяго я пошла к парикмахеру, стилисту, Бенуа. Он встретил меня в своем модном лофте на 7м этаже, Бенуа и его кот. Бенуа был французом, который как полагается французу-модели-гею разочаровался в современной Франции, уехал работать в Нью-Йорк, и, устав от Нью-Йорка, переехал в Сантьяго, где открыл свою бутик-студию. Он и его кот.

— Так ты говоришь, путешествуешь по всему миру? — спросил он меня с прононсом, менее французским, более простуженным. Его студия в цементном лофте однозначно не обогревалась. После зеленого чая и печенек, полно-раскладывающегося японского массажного кресла «единственного в Южной Америке», стрижки, которая оказалась неплохой, и рассказа о своей горькой доле стилиста мирового уровня, прозябающего в Чили, где «люди не понимают стиля», Бенуа открыл мне книгу. Большую с толстой лощенной бумагой, на обложке которой было написано два слова: «Huilo Huilo». Посредственному лингвисту вроде меня потребовалась минута, чтобы прочитать, и все-таки спросить как это название произносится. «Уило Уило, май диа,» — Бенуа широко открыл свои когда-то прекрасные голубые глаза, и высоко поднял тщательно выщипанные брови. «Ты просто обязана там побывать, такой природы ты не видела нигде!» — и Бенуа, заламывая свои длинные пальцы, и откидывая назад волосы принца Чарминга, начал рассказывать о необыкновенном заповеднике, но больше об уникальном отеле. Я провалилась в фотографии альбома. Знаете, такой момент, когда ты сразу ставишь себе задачу в «must-see list», список мест обязательных к посещению.

В этот раз я летела в Чили через Штаты и моей соседкой по креслам оказалась взрослая яркая женщина, с черными коротко-стриженными волосами, большими виноградными глазами, и белыми красивыми искусственными зубами. «Спасибо, спасибо, спасибо вам большое!» — повторила она 10 раз, видимо пытаясь понять понимаю ли я английский, благодаря меня за пару авиа-носков, которыми я поделилась. После 7 часов сна в полете, мы познакомились. София, чилийка по рождению, оказалась женой известного джаз музыканта, с которым она уже много лет живет в Лос-Анжелесе и летела на свадьбу детей друзей. Поинтересовавшись моими планами и посмотрев прямо в мои узкие глаза своими виноградинами, она пророчески произнесла: «Вам обязательно нужно побывать в Уило-Уило…». Что? Опять… Почему? «Есть жизнь до и после Уило-Уило», — только и сказала она. На этом разговор прервался, самолет приземлился и я поняла, что узнать больше от нее не придется, остается только проверить самой.

Меня долго уговаривать не надо. Но сколько же надо усилий, чтобы уговорить других. В этом конечно прелесть путешествий в одиночку… Но нашелся один товарищ, который тоже очаровался рекламной фотографией заповедника. Про вулкан я решила сразу не говорить… все равно по пути было. Мы взяли в аренду машину и рванули на юг. Рвать надо было 900 км кряду, а так мой товарищ водительских прав не имел с детства (и такое оказывается бывает у мужчин), то все 900 км. «рвала» за рулем я. До этого мой личный максимальный рекорд за день был 600 км. Но, должна сказать, где 600, там и 900. Главное, успеть проделать их в световой день, чтобы не спать.

Чили очень узкая, но очень длинная страна. Наверное, самая длинная по протяженности в мире. Главная дорога №66 одна, и пронизывает Чили сверху вниз, как сосиску шампуром. Дорога «международная», что означает, что ее поддерживают в приличном состоянии и ехать просто. Слишком просто. Посреди недели машин мало, и у меня порой было ощущение управления не автомобилем, а летательным симулятором. Изначально я думала о том, чтобы на самом деле пролететь это расстояние на самолете, но апрель уже «низкий сезон» и национальный авиаперевозчик отменил все рейсы на Юг. Из чего я сделала вывод, что сами чилийцы на юг не только не ездят, но и не летают.

Немного об автоделах. При всем богатстве мирового автопрома, выбор в местном рентакаре свелся к Хендай Акценту. В ЮАР я брала на прокат КИА Сeed и она мне настолько понравилась, что вернувшись домой, я купила себе такую же — приятный дизайн, полный электропакет, пуш-старт и прочие приятности, что я даже забыла, что бывают базовые модели типа Акцента блекло-серого цвета с механической коробкой. Вообще чилийцы скучны как в одежде, так и в выборе машин. «Дорогая, в Чили если ты одеваешься со вкусом, ты рискуешь быть осмеянной», — говаривал старик Бенуа. Но если продолжать аналогию и выбирать: ехать 10 часов в машине с квадратным сиденьем или быть осмеянной, предпочту упругое сиденье, благородно обволакивающее мои формы. Но, как говорит моя подруга: «даже к аду привыкаешь». Из приятного: заправки вдоль дороги удобно совмещены с чистыми бесплатными туалетами и пищевой инфраструктурой: кафе, магазин, кофе. Бензин по 1.2$/литр, а, и не забудьте про толлы — платные дороги.

Так вот, пролетев 800 километров в квадратном сиденье по практически пустой дороге, более пустую трассу я видела только на Кубе, мы приехали в Пукон (Pucon) — центр туризма южной Патагонии Чили, в который в моем воображении и должны были стекать огненные реки лавы из бушующей Вийялрики. Да, прямо в центр города, и, желательно, протекать мимо окон отеля, чтобы можно было ненароком поджечь спичку и прикурить бамбук. Реки текли… только не лавы, а дождя. «Да здравствует дождь!» — радостно кружился вокруг нас владелец семейного хостела, который мы забронировали на подъезде к Пукону: «У нас была засуха 3 месяца и вот сегодня, наконец, пошел дождь!». Оле…! напряженно порадовались мы, так как из дождя и плотной горы облаков горы вулкана не было видно даже издалека. Приехали…

Дорога к вулкану закрыта
Дорога к вулкану закрыта

Отужинав чилийским лососем, которого они тут выращивают в промышленных объемах, я бросилась в объятия покрывал, надеясь забыться восстанавливающим долгим сном. Собаки. Я говорила, что в Чили столько уличных собак, что мне кажется, что все собаки мира решили, что это их рай. Собаки в Чили везде и никто особо не переживает об их бездомности, за ними даже ухаживают. Как-то ко мне на пляже присоединилась Мила, так я ее назвала, просто пришла, легла возле меня, сложила голову мне на коленку, и заснула. А когда я собралась домой, как ни в чем не бывало, встала и проделала путь в километр в шаговом расстоянии. Я начала было нервничать, чувствовать ответственность, зашла в Макдональдс и купила самый мясной ангус-бургер, из которого Мила выковыряла ангус, оставив все остальное на асфальте: «Не первый мой Макдональдс…» как бы читалось в ее взгляде.

Так вот собаки в Пуконе завели свой разговор на ночь глядя и глядя на прибывающее полнолуние. Проворочавшись пару часов, я все не могла уснуть, кажется, я начала покрываться аллергическими пятнами, то ли на лосось, то ли на усталость. Откинув покрывало я… упала в обморок. Фигурально выражаясь. По кровати полз клоп. В общем я не знала как выглядят клопы на тот момент, но интернет знал все… В дикой панике я выскочила на улицу, предварительно засняв животное на видео, для канала National Geographic видимо, перебудила хозяина, который извинившись перевел меня в другую комнату. Но и там заснуть я не могла. Клопы расселились по всем кроватям, как собаки по Чили. Остаток ночи я простояла как оловянный солдатик у входной двери, не имея моральных сил присесть даже на местный диван. Приехали… так и подумала я.

Как ни странно оловянность во мне продержалась до следующего отеля, который я выбрала уже тщательно оценивая все гигиенические стандарты. Кстати говоря, если вы, ни приведи случай, окажетесь в компании с клопами, первым делом после знакомства, нужно продезинфицировать всю одежду и все вещи, которые могли быть в контакте. Что я и сделала. И еще час занималась ванными упражнениями погружаясь в нее с головой. Самое тяжелое последствие все-таки психологическое. Но, идеальные скрипящие простыни, и китайский зеленый чай идеально лечат травмированную психику.

Следующие три дня мы метр за километром исследовали заповедные зоны под моросящим дождем, изредка пробивающемся солнцем, ватными облаками разложенными по кронам арауканий, и я наконец побывала в Уило-Уило. Ведь оно ждало…

DSC07976

DSC07977

DSC07978

DSC07979

DSC07981

DSC07982

DSC07986

DSC07991

DSC07995

DSC07999

DSC08006

DSC08009

DSC08013

DSC08014

DSC08016

DSC08017

DSC08018

DSC08034

DSC08035

DSC08039

DSC08072

DSC08073

DSC08082

DSC08086

DSC08089

DSC08091

DSC08092

DSC07975

DSC07974

DSC07973

DSC07972

DSC07969

DSC07939

DSC07944

DSC07952

DSC07959

DSC07966

DSC07932

DSC07927

DSC07926

DSC07905

DSC07911

DSC07912

DSC07919

DSC07922

Реальная Астана


Я сижу у окна и вижу город. Не дерево за окном, не кусочек двора, или дороги, не прицельные окна дома напротив и зевающего соседа, почесывающего пузо у ночного холодильника, нет. Я вижу весь город, как переливающийся огоньками архитектурный макет, как степную амбицию, как холодный мираж. Я вижу его целиком, воскресший в масштабе с проектного стола, воплощенный в цементе, стекле и алюкобонде, украшенный лампочками и залитый асфальтом. Я вижу мечту человека, ну да, того самого одного человека. Может быть, он тоже, бывает, ночами смотрит на это творение и думает… интересно о чем. 

Astana

Вот я часто думаю о том, что мы живем в проекциях (а.к.а. ожиданиях) других людей. Будь то проекции родителей, школы как системы, системы как государства. И все это, конечно, неизбежно, ведь мы не буддистские монахи. Астана — это проекция одного человека, созданная реальность, ты в нее физически влетаешь. И эта реальность априори дает мало вариантов.

В Астане вариантность становится выпуклой. Вот, чиновники и сотрудники нац.компаний, ковровое большинство населения, вразвалочку заполоняют обеденные столы в черно-синих костюмах и галстуках сдержанных тонов, среди них мелкими, но частыми стежками мелькают предприимчивые дельцы с атавистическими барсетками, и на этом фоне редким узором раскидываются моложавые люди в зауженных брючках, дорогих итальянских туфлях “на тонкой подошве”, наверное, архитекторы, жизни как минимум. Шикарной бахромой обрамляет все это дело девичья красота в норке. Ковер не то чтобы молод, но ткется в реальном времени, сплетается из времени и временщиков, опортунистов и редких идеалистов. 

Астана — как Америка, здесь все “эмигранты”. За эти 16 лет, видимо закончились видимые войны “землячеств”, и образовалась новая урбан-нация — “астанинцы”. Сначала они перекочевали сюда со всего Казахстана на год, задержались на пять, и осели в новостройках, надели костюмы, и начали работать по 12 часов в сутки. 

Нет, Астана не город контрастов, Астана — это голод возможностей. Конгломерат амбиций. Суперджет расхода бюджета. Астана — это стартап Казахстана. 

Астану, как супер-модель, сложно любить, но ей можно восхищаться. Лучше издалека, ветряки знаете ли. Как и супер-модель мы не можем ее себе позволить, слишком дорого обходится ее содержание. И со временем, когда она постареет, отлетит алюкобонд и керамогранит, закончится эпоха правления, что станет с “красавицей”, ведь строят сейчас не на века. И что увидит уже другой человек у окна. 

“Нам нужно инвестировать усилия в освоение космоса”, может быть такая амбиция будет более обещающей инвестицией.

От ученичества к мастерству

Вчера мы поздравляли с днем рождения очень хорошего человека. И в пожеланиях прозвучало: «Желаю скорее перейти от ученичества к мастерству». Что это значит?

DSC01211

По-простому это значит — взять ответственность за свой процесс развития, и в частности, завязывать бесконечно учиться в университетах, а переходить к практике, экспериментам, и уже в этом вырабатывать мастерство. Все-таки, как никак, но большинство из реальных «работ» в университетах не преподают, и если и преподают, то по-настоящему ценных мастеров делового и прочего администрирования делают не в ВУЗах, а в жизни. Но тут дело даже не в самом факте учебы, а в том, что большинство из людей, которые идут в ВУЗ для продолжения образования на самом деле хотят не получить знания как таковые, надеются на то, что это поможет им лучше или быстрее двигаться в их необозримом будущем. Этой учебой люди вроде даже как получают отсрочку, чтобы принимать взрослые решения. «Ведь я же учусь». И тут, поймите меня очень правильно — я двумя руками за образование. Более того, считаю, его ключевым фактором для начального развития. Но образование, особенно для взрослых, в его текущем виде и системе лишь штампует и еще глубже впечатывает клише и проблемы, которые не решаются этими же клише решений.

Но чего люди на самом деле хотят — они хотят развиваться. Двигаться вперед. Думать. Получать топливо для мозгов и вдохновение на свершения. Идеи для жизни. А все это — вне учебной программы. Любимое выражение, застрявшее во мне с разговора с Муратом Ауэзовым — «Давайте познавать мир эмпирическим путем!». И, знаете, это касается не только мира географического, хотя, путешествие — это самый эмпирический способ, но и мира профессии. И тут, на мой взгляд, надо подойти к профессии с двух углов.

Первый и самый главный, можно сказать «установочный» — выявить свое призвание. А второй, эмпирический, — начать пробовать и экспериментировать. И вот, внимание — круговая ссылка — если вы не можете пока найти свое призвание — шансы значительно выше, если вы начнете пробовать и экспериментировать. И скорее всего, ваше призвание уже рядом, и это какой-то ваш «side project». То, чем вы занимаетесь в свободное от «основной» работы время. Так, для меня на данный момент — это TEDx, а еще «писательство», а эксперименты — это путешествия, например. Я знаю еще несколько людей, для которых их «побочные проекты» стали делом.

И, конечно, эксперименты — это всегда «предпринимательство», от главного корня — предпринимать. Меры. Усилия. Рисковать. И получать от всего этого удовольствие. Страшно только в первый раз. Если вы понимаете о чем я.

Это я к чему. К тому, что не смотря на заявленную тему «кругосветки» в мастер-классе, речь ведь пойдет именно о «мастерстве» через ученичество, предпринимательстве, как способе жизни, здоровом авантюризме в удовольствие. И мне уже радостно от того, что мы этим будем наполняться через общение. 7 декабря.